?

Log in

No account? Create an account
lawyer

Записки экономического преступника

Почему не бегут Навальный и Сердюков?
dmitrygololobov

Тайные надежды Навального и Сердюкова



http://slon.ru/russia/taynye_nadezhdy_navalnogo_i_serdyukova-912966.xhtml

Разминирование МБХ по Лимонову
dmitrygololobov

Вы заметили, что время разминировало Ходорковского? Его уже не слышат. И он уже не символ сопротивления.

Вот так же время разминирует Удальцова. И даже быстрее, ведь не посаженный, а домашне-арестованный Ходорковский разминировался бы быстрее в разы. Но на ошибках учатся.

Читайте далее: http://izvestia.ru/news/545617#ixzz2Lv0DUccy

Да уж, домашний арест - великая сила. Нельзя руководить, выступать и ни с кем общаться ( в зависимости от конкретных ограничений), но в тоже время никто не скажет, что человек "реально сидит" и  испытывает "беспредел российской тюрьмы".

Снова о "забугорных" счетах депутатов
dmitrygololobov
Российским чиновникам дано три месяца, чтобы закрыть счета в иностранных банках и избавиться от зарубежных акций. Финансовые консультанты говорят, что активы проще спрятать, чем закрыть
......
Кстати, известна недавняя инициатива Минфина: штрафовать на крупные суммы за наличие иностранных счетов. Вывод ясен — массового притока капитала ждать не следует. Поясняет российско-британский юрист Дмитрий Гололобов: «Если у кого- то есть, скажем, незаконные счета, назовем их так, о которых не уведомлялись [органы], они будут закрывать и перечислять средства. Если люди будут сейчас это делать, они фактически проявятся, можно будет комплексно отследить, что у них было. Если они будут сейчас продавать ценные бумаги, закрывать счета, перечислять деньги. На месте чиновников, я бы просто перевел бы это на других лиц. Как у нас любят говорить, на подставных лиц, и ничуть на эту тему не мучился бы».

http://www.bfm.ru/news/208938#.UStsUjBdB8E

Я, Карпов и британский суд
dmitrygololobov
Следователь Карпов, с верой в британское правосудие

По просьбе «Совершенно секретно» судебную перспективу иска Карпова в британском суде комментирует живущий в Лондоне бывший главный юрист ЮКОСа, а ныне адвокат, профессор Вестминстерского университета Дмитрий Гололобов:

– Комментируя иск Карпова, Браудер использует целый ряд процессуальных уловок, которые выглядят довольно странно. Что касается судебной перспективы этого дела, то это очень сложный вопрос. Сейчас невозможно предсказать, что решит суд и примет ли он этот иск к рассмотрению. Дело в том, что бремя доказательств в суде по такой категории дел лежит на ответчике, то есть на Уильяме Браудере. Он должен будет доказывать в суде то, в чем он обвиняет Карпова, – прежде всего, что тот замешан в мошенничестве и виновен в гибели Магнитского. Эти обвинения были, в частности, обнародованы в четырех видеороликах, показанных в Интернете на сайте Russian Untouchables. На них на Карпова обрушился каскад косвенных доказательств его причастности к смерти Магнитского. Однако британский суд смотрит на это более ответственно: он обязательно потребует точных и документально обоснованных доказательств вины Карпова. «Чем вы подтверждаете свои обвинения? – спросит он Браудера. – Вы утверждаете, что Карпов летел в одном самолете с каким-то мафиозо – ну и что?»

От просмотра этих роликов у меня создается впечатление, что их авторы опираются на типично российский менталитет. В них создается портрет плохого мента, «оборотня в погонах». На британский суд это не произведет впечатления. Он будет требовать реальных доказательств.

Кроме того, все усложняется еще и тем, что одно дело – причастность Карпова к смерти Магнитского, а другое – участие в финансовых махинациях. Смерть Магнитского расследуется российскими органами. Британский суд вряд ли будет этим заниматься, поскольку в России Карпов не обвиняется в смерти Магнитского. Нет соответствующих доказательств, нет материалов следственной проверки и судебных решений, на которые мог бы опереться британский суд.
Далее. Браудер не сможет предъявить суду и никаких доказательств распила денег, которые были якобы похищены Карповым и его сослуживцами. Суд может затребовать у Браудера выписки с банковских счетов Карпова, протоколы обысков и другие доказательства хищения. Но у Браудера их нет и быть не может. Все его обвинения основываются на косвенных уликах. Для британского суда это не доказательства. Все рассуждения Браудера красиво смотрятся в политических декларациях и видеофильмах. В британском суде все это будет смотреться абсолютно по-другому. Браудер отрицает правомочность и целесообразность рассмотрения иска российского гражданина Карпова в суде британской юрисдикции. Однако суд вполне может отвести это суждение, поскольку у Браудера британское подданство, а обвинения в адрес Карпова распространялись им, в частности, и в британских СМИ, и на британскую аудиторию. Да и видеоролики с обвинениями в адрес Карпова создавались в Великобритании.

– Вы могли бы хотя бы приблизительно оценить стоимость судебных расходов со стороны истца, если суд состоится?

– Стоимость очень высокая. Все зависит от численности команды адвокатов и экспертов и длительности процесса. Расходы могут составить несколько сотен тысяч фунтов. Конечно, суд может потребовать у Карпова раскрыть источник финансирования его участия в процессе. Карпов, полагаю, подготовился к этому. Думаю, это не составит для него проблемы. Он уже объявил, что продал квартиру и еще кое-что. Его, конечно, консультировали достаточно грамотные юристы.
В принципе этот его иск – очень грамотный ход. Он поставил Браудера и Нermitage Capital в очень неудобное положение. Если Карпов проиграет, он ничего не теряет. Если проиграет Браудер, это порушит всю международную правозащитную кампанию, связанную с гибелью Магнитского, и поставит под сомнение правомочность американского «списка Магнитского». Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров не преминет использовать такое решение суда в качестве веского аргумента в борьбе с международной кампанией в защиту Магнитского.

– А не может быть так, что Карпова субсидируют российские государственные структуры и что сама идея подать иск в британский суд принадлежит им?

– Это не более чем подозрение. Несомненно одно: Карпов получил очень компетентную консультацию. Без серьезной поддержки серьезных людей он не пустился бы в плавание в неизведанном юридическом море. Впрочем, субсидирование чьего-то судебного процесса не является криминальным деянием. Это может создать политическое неудобство, но вряд ли повлияет на судебное разбирательство по существу. Если в этом нет криминальной составляющей, это вообще никого не может касаться. Такого рода субсидирования происходят сплошь и рядом.

– Вы были в свое время коллегой Магнитского, работая в ЮКОСе, где выполняли практически такие же функции, что и он в Firestone Duncan и Hermitage Capital. В чем заключалась деятельность Магнитского и могла ли она в то время не нарушать законодательство?

– Видите ли, в то время – в начале двухтысячных – ситуация в деятельности крупных корпораций в России была запутанная и сложная. Для того чтобы компания работала нормально, юристы должны были создавать определенные схемы. В частности, схемы минимизации налоговых выплат. Часть таких схем была законной, часть условно законной, а часть находилась в так называемой серой зоне. Я не говорю, что Магнитский – преступник, что он совершал незаконные операции, но он получал зарплату за создание таких схем. Для большинства корпоративных юристов того времени, в частности и юристов ЮКОСа, это была производственная необходимость из-за несовершенства и запутанности законодательства. Многие юристы в ту эпоху вынуждены были работать на грани фола. 

– Как бы вы в таком случае оценили личность Магнитского?

– Если человек выполнял свой долг и никого не подставил, он достоин уважения. Другое дело – вся эта политическая истерия вокруг его имени, инициированная Браудером. У меня ощущение, что имя Магнитского было использовано в корыстных целях.

– А какова деловая репутация Уильяма Браудера, с которым вы, кажется, встречались?

– Я пересекался с Браудером в конце 1990-х – начале нулевых, когда вокруг ЮКОСа сгущались тучи. В то время он смотрелся как типичный хищник, который хотел проглотить Ходорковского с помощью миноритарных акционеров и получить активы ЮКОСа. Браудер вообще был очень критически настроен по отношению к российским олигархам, которые, по его мнению, лишали его «куска хлеба». Он очень радовался, когда Ходорковского посадили. С одной стороны, борьба Браудера за честь Магнитского – дело вроде бы благородное, он как бы защищает своих друзей и соратников. Но, на мой взгляд, было бы гораздо эффективней, если бы он создал некий фонд в поддержку российских заключенных. Ведь в российских тюрьмах ежегодно гибнут сотни.

– Вы практикующий в Великобритании юрист и хорошо знакомы с ее судебной системой. Каков ваш прогноз на исход этого дела в британском суде, если он, конечно, примет его к рассмотрению?

– Думаю, что дело будет рассматриваться очень долго и будет очень сложным и запутанным. Причем, даже если Браудер выиграет, он одновременно очень много потеряет. Суд наверняка вынесет какие-то частные определения о необоснованности его обвинений в адрес Карпова. С другой стороны, Карпову для победы нужно очень немного. Об этом недвусмысленно говорит попытка Браудера уклониться от суда и его стремление еще до принятия дела к рассмотрению убедить суд в несостоятельности обвинений Карпова. Надо сказать, что суды в Британии не спешат и решение о принятии или непринятии иска Карпова к рассмотрению может последовать и через несколько месяцев