?

Log in

No account? Create an account
lawyer

Записки экономического преступника

Где правда, брат?
lawyer
dmitrygololobov
Интересно все-таки некоторые люди мыслят, однако. Написали мы как-то, три года назад вместе со Светой Бахминой нижеследующей статью для уважаемых «Ведомостей». «Олигархи и юристы» называется (см. ниже). О том, почему все в Юкосе произошло, как произошло. И  последовала удивительная реакция на эту статью.  Которая повторяется и сейчас.

«Люди, работавшие в Юкосе» -говорят отдельные уважаемые читатели – «если чувствовали или подозревали чего-то плохое или были несогласны с политикой руководства компании должны были хлопнуть дверью и уволится. И тогда бы их не посадили». Однако,  получается, что, скажем тот же рядовой клерк господи Курцин должен бы владеть информацией о всех делах компании, особенностях ее схем, а также взаимоотношениях с Кремлем, чтобы делать выводы увольняться ему или нет. Сами оцените насколько это правомерный аргумент. Вы бы на месте Курцина тогда уволились?

А следующий вывод уж совсем интересный: все юкосовцы исключительно сами виноваты, что сидели, потому, что  вовремя не уволились. Не больше – не меньше. Сидели по своей же глупости и недальновидности. И по многим «политическим» делам тоже самое получается: сами люди виноваты. Не предвидели, не предугадали. Сами сели. Вот так.

Ту можно только одно добавить . Практика – критерий истины: сейчас, если какой нефтяной компании налоговые претензии на 3 миллиарда долларов с ОМОНом принесут, то оттуда даже уборщицы уволятся, учится, однако, народ.

Закон и право: Олигархи и юристы

Светлана Бахмина
Дмитрий Гололобов

19.08.2010, 154 (2672)

Предполагалось, что наша новая статья будет посвящена арестам предпринимателей, но Михаил Борисович подкинул тему, от которой мы не смогли отказаться. Даже риск нарваться на вой общественности, разгневанной нашим «невосторженным образом мысли» и попытками обелить изрядно оплеванный и во многих местах пробитый юридический мундир, не остановил нас.

Речь идет о теме, затронутой Ходорковским в интервью журналу Spiegel: «Умелое использование законов — важный фактор успеха. Наш подход постоянно проверялся нашими юристами, аудиторами, чиновниками и даже судами. Не было никаких возражений, и все считали, что все действия совершались в рамках закона — ровно до тех пор, пока государство не начало свою атаку на нашу компанию в 2003 г. Если бы закон позволял платить на 20% меньше налогов, я был бы плохим бизнесменом, если бы не воспользовался этой возможностью. Так что снова повторяю: все делалось легально. Обвинить нас в уклонении от уплаты налогов удалось только с помощью новой интерпретации старых законов или просто нелегального их использования с самого начала».

Вспоминаем, сколько уважаемых коллег-юристов, перепуганных до смерти, приходило к нам в приснопамятный 2004 год с вопросами: «Это что же теперь со всеми нами будет? Это и нас теперь так же? А я-то вот то подписывал… и это подписывал… и еще вот это…» Мы уверены, что тема эта интересна как профессионалам, так и широкой общественности.

Можно писать красивые статьи о том, какова ответственность юристов на Западе и какой она должна быть в России, если наша страна уподобится волшебному Беловодью или Шамбале. Однако сегодня важнее найти ответ на вопрос о реальном положении дел, о том, какова же ответственность наших юристов здесь и сейчас. Понятно, что если юрист лепил фиктивные договоры купли-продажи недвижимости и за «долю малую» удостоверял их у приятеля-нотариуса, а потом указанную недвижимость со товарищи сбывал, то налицо примитивная ОПГ. Ну а далее все по Глебу Жеглову

Не будем зацикливаться на очевидном примитиве. Что делает юрист в любой корпорации, если не участвует в судах? Ответ один: дает рекомендации. В той или иной форме, будь то заключения о соответствии закону тех или иных схем либо рекомендованный к использованию проект договора. Как применяются в корпорации указанные заключения — дело внутрибюрократическое. На бюрократической почве, щедро унавоженной всевозможными управляющими делами, под чутким византийским контролем олигархов вырастают различные в своем отношении к юристам типы менеджеров: от людей, выпрашивающих изменить отдельно взятую запятую в заключении, без которого им не выделяют бюджет, до откровенных «ябед-корябед», бегающих с доносами к курирующему зампреду правления. Крайне редко корпоративные управленцы, менеджеры разных мастей, получив заключение, внимательно его читают, осмысливают, консультируются по нему и, главное, выполняют в процессе работы данные юристами рекомендации. Чаще всего сам факт дачи заключения приравнивается менеджером к выдаче индульгенции, которая позволяет плевать как и на закон, так и на требования самого заключения. Любая попытка указать менеджеру на ограничения встречает яростный отпор: «Вы что, не заботитесь о бизнес-интересах организации?! А годовой бонус-то получать хотите…»

За примерами далеко ходить не приходится. Достаточно вспомнить многочисленные заключения, написанные разными юристами — как внутренними, так и «внешними», по поводу знаменитых схем налоговой оптимизации в ЗАТО и прочих внутренних офшорах. Ни одно такое заключение не содержало безусловного одобрения указанных схем. Все юристы, как сговорившись, указывали, что схемы являлись политически рискованными и в случае изменения политики государства могли быть пересмотрены, в том числе и без учета каких-либо формальных законодательных ограничений, путем возбуждения примитивных уголовных дел. Даже без ссылок на англо-американское право юристы указывали, что подобные схемы должны были иметь под собой реальную хозяйственную цель и осуществляться исключительно в рамках нормальной хозяйственной деятельности, а не в качестве самостоятельного «промысла» по оптимизации налогов. А внешние консультанты оговаривали заключение таким количеством предварительных условий его действительности, что, дочитай кто документ до конца, он сразу задался бы вопросом, зачем платить деньги за заключение, если в реальном мире невозможно выполнить его предварительные условия.

Чего же хотели олигархи от своих юристов? Можно сказать, что от юриста требовали определить границы интерпретации закона. Есть закон, который юристам в 99% случаев достаточно очевиден и за пять минут может быть разъяснен руководителю схемами, знаками и убедительным мычанием; а есть пространство для маневра — то, куда закон может быть «раздвинут» в случае хороших отношений соответствующей структуры с властью (при наличии административного ресурса). Так вот задача юриста соответствующей структуры проста: начертить ограничительную линию, за которой начинаются риски при «раздвижении» закона для данной структуры в ее теперешней ситуации взаимоотношений с властью. Чем сильнее структура, тем шире был и есть закон.

Нужно признать, что на Западе приблизительно такая же ситуация, только правила «раздвижения» закона там другие и они гораздо уже. Крайне глупо было бы говорить, что закон един для фермера Джона и для компании Microsoft с ее сотнями юристов и огромным бюджетом. Сообщаем товарищам скептикам: олигархическая модель правоприменения, существовавшая в России в 1990-е, постепенно мутирует в нечто удобоваримое с точки зрения цивилизованных стандартов и верховенства права. Вы спросите, ошибались ли юристы крупных компаний? Конечно, ошибались много и часто, поскольку и сами законодатели не могли толком понять, что говорил закон в 90-е. Но при этом часто ошибались и наниматели этих юристов, неверно оценивавшие свои отношения с властью. Ошибались в том, как далеко могут быть раздвинуты пределы соответствующего закона за счет административного ресурса. Ну, скажет искушенный читатель, почему же вы, такие умные и все понимающие, не уволились, а работали в таких «коллаборационистских» условиях, затейливо изгибая закон по воле руководства? Ответ простой: ровно по той причине, по которой не уволилось само руководство, менеджеры компаний, руководители министерств и ведомств, родившиеся и жившие в России и все отлично понимавшие. А заключения юристов олигархического периода были, есть и останутся такой же неотъемлемой частью тяжелой истории эволюции российской правовой системы, как статья за спекуляцию или валютные операции. Да и вообще, не стреляйте в пианиста, а, если можете, сыграйте лучше его.

Авторы — исполнительный директор ООО «Системная поддержка бизнеса», бывшая заключенная; бывший главный юрист ЮКОСа


Читайте далее: http://www.vedomosti.ru/newspaper/article/243952/oligarhi_i_yuristy#ixzz2oXXYIV00

Председатель ВС Лебедев как Понтий Пилат
lawyer
dmitrygololobov
Кто-то надеялся, что какой-то там приговор отменят? Оставьте надежду. Судя по мотивировке представления председателя ВС РФ Лебедева, все произойдет ровно, как и было предсказано: сам приговор по своей сути (хищение нефти + отмывание) останется абсолютно незыблемым. Никаких других приговоров по делу Юкоса, соответственно, не пересмотрят. Постановление Президиума будет окончательным и поставит точку в деле, по крайней мере до решения ЕСПЧ по «второму делу», которое будет через пять лет и никому будет уже не нужно.
Что вероятно произойдет: приговор подшлифуют, уберут один эпизод мошенничества, что-то переквалифицируют и скинут осужденным срок. Ходорковскому с его помилованием это вообще никак. Лебедев выйдет, с учетом того, что Президиум, по закону состоится где-то в конце февраля, на два месяца раньше своего срок, что, разумеется приятно, но никакого политического значения для дела уже не имеет. Это то положительное, что стоит ждать от Президиума.
При этом, следует учесть, что сам Лебедев, как лицо, внесшее представление в заседании Президиума не участвует. В случае чего, все вопросы – к коллективному Президиуму. Лебедев снова «умыл руки». Старый лис сбивает всех со следа.



Продолжает оттаивать?
lawyer
dmitrygololobov


И снова: вспомните, как это было лет пять назад…. И теперь не оттепель?

Очень Большая Ошибка
lawyer
dmitrygololobov

Белковский после встречи с МБХ:

В общем, Путин отпустил Ходорковского тогда и только тогда, когда понял, что не уступает своему главному оппоненту ни в чем. Немецкая тайная дипломатия, о которой нынче принято говорить с подачи политолога Александра Рара, искусно вписавшегося в кадр встречи в берлинском аэропорту «Шонефельд», конечно, сыграла роль, но сугубо второстепенную. Без главного условия, описанного выше, Ходорковский не вышел бы на свободу.

Именно потому Путин так хотел, чтобы Ходорковский написал прошение о помиловании. Ибо с точки зрения не столько формального права, сколько фактических понятий, по которым живет наша Россия, прошение — это признание. Но не вины, а ошибки. Мол, ввязался в серьезный бой в 2003 году, не просчитав ресурсов. Недооценив соперника. Управленческая ошибка — с кем не бывает?

А для человека с классическим управленческим сознанием, коим в полной мере наделен (и вознагражден?) Ходорковский, признание ошибки — это круче, страшнее, это более болезненно, чем признание вины. Т.к. менеджер имеет право быть виноват, но скорее всего не должен ошибаться. На то он и менеджер.
http://www.mk.ru/specprojects/free-theme/article/2013/12/26/965546-mir-putina-i-hodorkovskogo.html

....и тут абсолютно нечего больше добавить. Дело Юкоса - ошибка. Большая ошибка. На том и остановимся.


Лебедева выпустят через месяц
lawyer
dmitrygololobov
Верховный суд пересмотрит первое дело Ходорковского 23 января
Высшая судебная инстанция определилась с датой нового рассмотрения первого дела "Юкоса".
http://lifenews.ru/news/124708

....тогда же поставят точку, по крайней мере, в "экономическом деле Юкоса"...